Вещь была раритетная, дорогая. «Конторские» старожилы на полном серьёзе уверяли, что разжился ей Резидент ещё в 45-ом. Когда молодым «смершевцем» участвовал в работе комиссии по идентификации трупа Гитлера. Тогда, мол, и прихватил на память приглянувшуюся ему вещицу из разгромленной рейхсканцелярии. Чуть ли не из самого кабинета фюрера. Кто верил в эту историю, кто – нет. Но Женя был склонен доверять первым. Поскольку хорошо знал своего начальника. К деньгам и ценностям материального плана Резидент относился индифферентно. Есть – хорошо. Нет – значит, ещё заработаем. А вот пройти мимо необычного сувенирчика не мог в принципе. В его служебном кабинете, на стене, висела целая коллекция холодного оружия, из которой Женя знал только катану – поскольку увлекался каратэ и насмотрелся у сэнсея на кучу японских гравюр, где этим самым мечом дрались друг с другом древние японцы, да волнистый малайский крис. Те же осведомлённые люди – из ОСОБО ПРИБЛИЖЁННЫХ к Резиденту, поговаривали, что это – всего лишь малая часть, собираемого им чуть ли не с детства. А настоящие РАРИТЕТЫ хранятся у полковника на Родине. Резидент неторопливо допил чай и аккуратно поставил стакан на стол. Вытер губы платком, который вытащил из нагрудного кармана рубашки. И только после этого соизволил обратить внимание на присутствие Жени. Конечно, это была игра – Резидент волновался не меньше самого Жени, ведь от исхода операции зависела его генеральская пенсия. Но и кидаться навстречу подчинённому с расспросами не стал. Считал такое поведение ниже своего достоинства. Женя тоже не спешил с докладом. Стоял перед Резидентом с невозмутимым видом, сцепив ладони за спиной. В тишине кабинета отчётливо тикали настенные часы. Резидент первым нарушил молчание.

– Как успехи, юноша?

Он всегда называл так Женю, чего тот на дух не переносил – хотя и терпел скрепя сердце: Шеф, как-никак, попробуй вслух возмутиться, сожрёт ведь, гад, и даже не поморщится! И никакие заслуги не помогут! Поэтому дипломатично ответил: